В начале 1960-х годов Америка постепенно погружалась во вьетнамский конфликт. Вашингтон поддерживал правительство Южного Вьетнама, которое боролось против коммунистических сил Севера, спонсируемых Советским Союзом. Для большинства граждан это казалось отдаленной историей — попыткой сдержать распространение коммунизма где-то на другом конце света. Мир видел в этом просто очередную шахматную партию холодной войны. Но с каждым годом участие США в войне углублялось, а количество раненых и погибших солдат росло. И именно тогда, среди обыденной тишины американской жизни, начали звучать первые голоса протеста. О том, как росли эти голоса в Нью-Йорке и когда они достигли максимального звучания, — далее на new-york-yes.com.
Зарождение антивоенного движения в США
Сперва это были единичные, почти незаметные выступления — несколько десятков студентов, преподавателей, священников, которые ставили под сомнение целесообразность вмешательства во внутренние дела Вьетнама. Но уже через несколько лет эти тихие сомнения превратились в мощную волну сопротивления, которая вынесла на улицы сотни тысяч людей. В 1963 году мир облетела шокирующая фотография — буддийский монах в пламени, спокойно сидящий посреди улицы Сайгона. Этот акт самосожжения стал символом отчаяния и глубокой несправедливости, царившей под властью проамериканского премьера Нго Динь Дьема. И тогда Америка вдруг увидела — во Вьетнаме горит не только огонь войны, но и огонь человеческого страдания.
Несмотря на растущую тревогу, администрация Кеннеди не остановилась. Президент продолжил отправлять советников и технику, пытаясь удержать ситуацию под контролем. В одном из последних интервью, которое он дал журналисту Уолтеру Кронкайту в сентябре 1963 года, Кеннеди говорил осторожно, но откровенно:
«В конце концов, это их война. Они должны выиграть ее или проиграть. Мы можем помочь им, мы можем предоставить им оборудование, мы можем направить туда своих людей в качестве советников, но они должны выиграть ее, народ Вьетнама, против коммунистов».
Однако помощь все больше напоминала вмешательство. Америка делала шаг за шагом в конфликт. Антивоенное движение только начинало разгораться, но огонь, который когда-то зажег буддийский монах в Сайгоне, уже перекинулся на сердца американцев.
Нарастание напряжения
После смерти Джона Кеннеди Америка все глубже погружалась во вьетнамскую трясину. Новый президент, Линдон Джонсон, в марте 1965 года сделал решительный шаг — отправил во Вьетнам первый контингент боевых войск. Для большинства американцев это еще не выглядело катастрофой, но в университетских кампусах уже закипала другая война — война за совесть.
В том же году в студенческих кругах начали появляться первые организованные выступления против войны. Молодежь, вдохновленная примером движения за гражданские права, проводила встречи-дискуссии, где разбирали, что на самом деле происходит во Вьетнаме. И уже весной 1965 года люди вышли на улицы. Левая студенческая организация «Студенты за демократическое общество» (SDS) призвала к масштабному маршу в Вашингтоне. 17 апреля на Национальную аллею вышло более 15 тысяч человек. Но протест не ограничился столицей. В июне того же года 17 тысяч человек заполнили Мэдисон-сквер-гарден в Нью-Йорке. Среди выступавших — сенатор Уэйн Морс, который не боялся открыто критиковать президента, активист Байард Растин и известный педиатр Бенджамин Спок, чья популярность среди американских семей сделала его символом морального протеста.
Президент Джонсон пытался преуменьшить значение движения, уверяя Конгресс, что в стране нет серьезного раскола. Но в тот же день, когда он произносил эти слова, возле Капитолия полиция арестовала 350 демонстрантов.
Но антивоенная волна не остановилась — она лишь ширилась. В конце 1965 года к протесту присоединились даже школьники. В городе Де-Мойн, штат Айова, 13-летняя Мэри Бет Тинкер, ее брат Джон и их друг решили выразить несогласие с войной, надев в школу черные повязки траура. Администрация приказала снять их — дети отказались и были отстранены от учебы. Эта, казалось бы, мелкая история превратилась в прецедент. Семья Тинкеров при поддержке Американского союза защиты гражданских свобод (ACLU) подала иск. Дело «Tinker v. Des Moines» в 1969 году дошло до Верховного суда. Суд принял историческое решение — учащиеся не теряют своих конституционных прав, переступая порог школы.
Тем временем в 1966 году война разгоралась все сильнее — и вместе с ней росло движение сопротивления. В конце марта протесты охватили всю страну: Нью-Йорк, Бостон, Чикаго, Сан-Франциско, Энн-Арбор и десятки других городов. В Центральном парке Нью-Йорка собирались тысячи людей — это уже были не только студенческие бунты, а настоящее народное движение против войны, ставшее символом новой, сознательной Америки.
Самый большой протест в Нью-Йорке
Весна 1967 года стала моментом, когда антивоенное движение в США достигло своего апогея. 15 апреля Нью-Йорк превратился в арену исторического события — самого большого протеста против войны во Вьетнаме, который собрал от 300 до 400 тысяч человек. Это был день, когда разные поколения и социальные слои слились в единый голос протеста — голос страны, которая больше не хотела молчать.
Колонны демонстрантов растянулись через весь Манхэттен: от Центрального парка до штаб-квартиры ООН. Они проходили мимо Таймс-сквер, несли плакаты с лозунгами «Bring the Troops Home», «Stop the War in Vietnam» и культовое «Make Love, Not War». Над городом раздавались песни, барабаны, возгласы, — а в центре этого человеческого моря шагали Мартин Лютер Кинг-младший, Гарри Белафонте, доктор Бенджамин Спок и другие моральные авторитеты того времени.
Возглавлял движение 82-летний нью-йоркский активист А. Дж. Масте, символ старой школы миротворцев, который олицетворял связь поколений — от ветеранов пацифизма 1930-х годов до студентов эпохи контркультуры.
Участники марша шли пять часов под дождем, но не расходились. Когда Кинг взял слово возле здания ООН, он говорил не гневно, а с глубокой болью и любовью:
«Я выступаю против Америки не в гневе, а с тревогой и горечью в сердце, и больше всего с пылким желанием видеть нашу любимую страну моральным примером для мира».
Его слова разорвали молчание между гражданскими правами и антивоенным движением — теперь они стали единым фронтом. Для многих это был момент прозрения: война во Вьетнаме — не вопрос политики, а вопрос совести.
Но власть отреагировала иначе. Уже на следующий день государственный секретарь Дин Раск заявил, что антивоенные протесты управляются коммунистами. New York Times подала событие под надменным заголовком «Много призывных карточек сожжено — яйца брошены на параде». Казалось, правительство и медиа пытались преуменьшить значение произошедшего.
Впрочем, история все расставила на свои места. Война еще продлится восемь долгих лет, унесет десятки тысяч американских и сотни тысяч вьетнамских жизней. Но именно в тот апрель, под дождем Нью-Йорка, Америка впервые массово сказала «нет» войне. И этот день навсегда остался символом морального пробуждения нации.
Неоднозначная позиция общества
Все активнее звучали антивоенные голоса известных деятелей политики, культуры и спорта. Среди них:
- Мартин Лютер Кинг-младший.
Один из первых среди национальных лидеров открыто выступил против войны. Начиная с лета 1965 года, он осуждал боевые действия как морально неприемлемые и неразрывно связанные с расовой несправедливостью в США. Кинг подчеркивал, что афро-американская молодежь чаще белых попадает на фронт и несет большие потери, тогда как дома она лишена равных прав и возможностей.
- Мухаммед Али.
Чемпион мира по боксу в тяжелом весе, сделал один из самых смелых шагов, публично отказавшись от военной службы по убеждениям. Его лишили чемпионского титула, а судебные процессы длились годами, однако в конце концов Верховный суд оправдал Али. Его позиция стала символом морального неповиновения и преданности собственным принципам.
- Джейн Фонда.
Популярная актриса и дочь легендарного Генри Фонды, тоже присоединилась к движению мира. Ее поездка в Северный Вьетнам вызвала громкий резонанс — одни видели в ней отвагу, другие обвиняли в измене. Несмотря на споры, Фонда оставалась активной противницей войны, выступая на многочисленных митингах и собраниях.
- Джоан Баез.
Известная фолк-певица использовала свою сцену как трибуну для мира. Она пела на протестах, участвовала в гражданских кампаниях, а позже помогала вьетнамским беженцам, известным как «люди-лодки».
Но движение мира не имело единодушной поддержки. Часть общества, особенно консервативные группы, резко осуждала протестующих, считая их «антиамериканцами». В городах часто происходили контрдемонстрации, а порой — жесткие столкновения.
Тем не менее действия демонстрантов значительно повлияли на политический дискурс США и усилили давление на правительство для пересмотра политики во Вьетнаме.